Он ведь так рассуждает:

Я зарабатываю деньги, значит, могу их расходовать, как мне заблагорассудится. Но одно дело зарабатывать, а другое — разумно тратить. Умные люди умеют извлечь выгоду из своего богатства. А что толку заработать и тут же пустить на ветер? Тогда уж лучше совсем не зарабатывать. Вот, к примеру, сколько я ни говорил, а все равно взяли и купили породистую лошадь. Какая в этом необходимость? Мы ведь не участвует в скачках, так вполне могли бы обойтись пони. Или вам хочется похвастать перед людьми? Мы, мол, лучше других! К тому же пони съедает не шесть серов зерна, а два. Выходит, ежедневно расходуется четыре лишних сера. Но кто меня послушает! О Иисус, поскорей прими меня в свои объятия! Софи, доченька, подойди ко мне, почитай мне Евангелие!

София в это время сидела в комнате Прабху Севака, размышляя о том, почему, согласно учению Христа, рай уготован только беднякам, а богатым попасть туда будет так же трудно, как верблюду пролезть сквозь игольное ушко. Она никак не могла понять, почему бедность — достоинство, а богатство — порок? Неужели Христос лишь для того, чтобы доставить радость своим последователям, осудил богатство? В истории говорится, что вначале только бедные, страждущие и гонимые искали защиты у Христа. Поэтому он, наверное, и питал такое отвращение к богатству! Но сколько есть на свете бедняков, погрязших в грехах и пороках! Может быть, порочность и является причиной их бедности? Разве бедность искупает все грехи? И среди богатых есть люди с чистым сердцем! Неужели им не зачтутся добрые дела?

София часто размышляла о правде и лжи. Она пыталась осмыслить многие религиозные принципы и, если сама не соглашалась с ними, никакие книги не могли ее убедить. Часто, когда в душе у нее рождались сомнения, она шла за помощью к брату.

— Не понимаю,— говорила она теперь ему,— почему Христос считает богатство грехом и так возвеличивает бедность?

— Спроси об этом у самого Христа,— усмехнулся Прабху Севак.

— А ты как это понимаешь?

— А никак.