От его воплей у меня уши лопнут.

— Не знаю, когда наконец избавимся мы от этого бедствия! — воскликнул мистер Севак.— В стране, где попрошайничать не считается постыдным, где этим занимаются даже представители высших каст, это произойдет, пожалуй, не ранее чем через столетия.

— Нищенство существует здесь испокон веков,— заметил Прабху Севак.— В ведические времена даже дети раджей, обучавшиеся в обителях, собирали подаяние для себя и своих гуру. Святые мудрецы также не считали это унизительным. Они не жаждали богатства, не поддавались соблазнам, они лишь стремились к знаниям. Теперешних нищих с ними не сравнить! Мне рассказывали, что многие брахманы-заминдары, не имея ни пайсы за душой, ходят побираться. Чего только они не выдумывают, чтобы выпросить подаяние. То уверяют, что выдают дочь замуж, то жалуются, что родственников не на что похоронить, а вечером продают собранное за день зерно, таким образом копят деньги. Правда, деньги эти в конце концов попадают в карманы судейских чиновников и адвокатов.

— Скажи этому слепцу, чтобы убирался прочь. Все равно ничего не получит,— сказала госпожа Севак кучеру.

— Подожди, мама,— возразила София.— Дай ему что-нибудь, если у тебя есть с собой деньги. Бедняга бежит за нами почти целую милю. Он будет так огорчен, если ничего не получит!

— Никто не просил его бежать за нами. Пожалел бы лучше свои ноги.

— Ну, я очень прошу тебя, мама, милая! Прабху Севак вынул кошелек: медных и никелевых

монет там не оказалось, а дать серебряную он боялся — мать рассердится.

— Очень жаль, Софи, но у меня ничего нет,— сказал он. Потом обратился к кучеру: — Скажи ему, чтобы подошел к складу. Может, там найдется для него монетка.

Но Сурдаса такой оборот дела не устраивал: он знал, что ради него никто у склада не остановится и все его усилия пропадут впустую. Поэтому он продолжал бежать за экипажем.

Когда, хрипя и задыхаясь, он пробежал целую милю, экипаж действительно остановился. Господа вышли. На Сурдаса жалко было смотреть — он был похож на засохшее деревце в цветущей роще. Возле склада помещалась контора по скупке кож, открытая здесь не так давно мистером Севаком. Управляющий Тахир Али, сидевший на веранде, поднялся и почтительно приветствовал хозяина.

— Как идут наши дела, хан-сахиб? — спросил мистер Севак.

— Пока, господин, не так, как хотелось бы, но, надеюсь, все наладится.

— Если сидеть сложа руки, ничего не наладится.